Главная - ЭЗОТЕРИКА - Испытания магии в эпоху раннего христианства

Испытания магии в эпоху раннего христианства

Широко распространенное мнение гласит, что во времена творчества Синесия, примерно в конце IV века, победившая церковь пыталась изжить практику магии. Люди, утверждающие, что имеют непосредственную связь с божественным началом, становятся проблемой для церковных властей.

В эпоху раннего христианства лидеры еретических учений: монтанисты, гностики, донатисты — заявляли, что их избранность обусловлена магами и видениями. Проявления Святого Духа теперь были нежелательны, и, по мнению Э. Р. Доддса, «с точки зрения иерархии третье действующее лицо Троицы уже пережило свои первичные функции».

Однако не только Синесий утверждал, что люди любого общественного положения и занятий могут видеть имеющие сверхъестественную природу сны, о которых должны услышать другие люди. Примерно в то же время, когда он работал над своим трактатом о магии, другой, более ортодоксальный епископ Амвросий Миланский учил императора Феодосия, что «наш Господь предостерегает нас многими способами: с помощью небесных знамений, предсказаний пророков, и Он хочет, чтобы мы прислушивались даже к видениям грешников».

В своем выдающемся исследовании магии и ее значения для духовной власти во Франции периода раннего Средневековья Изабель Морейра доказывает, что магия и видения по-прежнему играли важнейшую роль в жизни христианских общин и внимательно выслушивались кардиналами (и другими священнослужителями). И, несмотря на предположение Питера Брауна о том, что прорицательство теперь стало прерогативой «святых людей» («единственных профессионалов в эпоху любителей»), существует множество свидетельств того, что у многих людей видения божественного начала возникали очень часто и что к снам грешников прислушивались не менее внимательно, чем к снам святых. Григорий Турский отмечал, что в его местности «пьяницы» являются великолепными магами и часто в своих видениях наблюдают величественные картины.

Церковь так и не смогла установить эффективный критерий для определения надежности сна или видения. Попытки заявить, что правдивость снов напрямую связана с добродетелями мага, не имели успеха — во-первых, потому что еретики могли оказаться весьма праведными людьми, а во-вторых, потому, что «пьяницы» и «грешники», постоянно, говорили о дарованных им очень важных сновидениях. Святой Мартин Турский думал, что вправе утверждать, будто демон изобразил Иисуса во сне, когда Христос показался в пурпурной мантии и диадеме. Мартин, считал, что это не мог быть Иисус, потому, что, настоящий Иисус, появился бы, в «одежде и облике, свидетельствующих о страстях Господних», с ранами, полученными во время распятия. Возможно, так думал Мартин, но другие благочестивые люди раннего Средневековья (например, Радегунда) видели Христа богато одетым и верили, что в их видениях им действительно являлся Христос-Царь.

Итак, отношения между представителями ранней христианской церкви и магами были напряженными. Церковь не могла запретить непосредственный контакт с божественным началом, который во многом способствовал укреплению ее позиций. Поэтому практика сновидений была утверждена особым манускриптом и одобрена ведущими церковными лидерами — не только ее неортодоксальными представителями, подобными Тертуллиану и Синесию, но и фигурами такого масштаба, как папа Григорий Великий. Однако оставался риск, что сновидения духовного содержания могут привести к появлению новых ересей или подорвать авторитет светской или церковной власти.

Понемногу сновидения, одобренные церковью, сузились до культа святых людей. Считалось, что те, кто во сне общается со святыми, соприкасаются с источником удивительной силы, обладающим, кроме всего прочего, и даром исцеления и божественным началом.

Если есть вопросы пишите КОНТАКТЫ

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*